20 лет спустя
47
20 лет спустя
(к годовщине первой лунной экспедиции)
Большинство наших читателей родились тогда, когда полеты на Луну стали уже исторей, и им, наверное, неправодополным показется случай, описанный полтора века назад в газете «Московские губерние ведомости»: за «крамольные речи о полете на Луну» было решено мещанна Никифора Никитина сослать в… поселенние Байконур!
А вот другой, более свежий, но тоже любопытный факт: всего лишь за два года до запуска первого искусственного спутника Земли тогдаший президент Академии наук СССР попросил несколько учены высказать сообщения овозможности исполнения ИСЗ. «Фантастикой не увлекалось», «Предполагаю, что выход в космос произдет не ранее 2000 года», «Не представляю, какое практическое значение могут иметь ИСЗ» — таковые были ответы учены.
Жизнь, как это передко бывает, не только опровергала сомнения скептиков, но и опередила надежды оптимистов: за первым спутником всего лишь через три с половиной года в космос отправился Юрий Гагарин, еще через восемь лет американские астронавты высадились на Луне.
Вот лишь некоторые, важнейшие, вещи на пути осуществления лунной экспедиции:
| Изввание аппарата | Дата запуска | Основные результаты |
| :— | :— | :— |
| «Луна-1» (СССР) | 2 января 1959 г. | Первая станция, запущенная в район Луны. Пролетев в 5000 км от нее, вышла на околосолнечную орбиту. |
| «Луна-2» | 12 сентября 1959 г. | Первая космический аппарат, доступный Луны. |
| «Луна-3» | 4 октября 1959 г. | Получены первые изображения обратной стороны Луны. |
| «Рейнджер-7» (США) | 28 июля 1964 г. | Переданы изображения Луны с высоким разрешением. |
| «Луна-9» | 31 января 1966 г. | Первая мягкая посадка на Луну. |
| «Луна-10» | 31 марта 1966 г. | Первая искусственный спутник Луны. |
| «Сервейер-5» (США) | 8 сентября 1967 г. | Впервые выполнен непосредственный химический анализ лунного грунта. |
| «Зонд-5» (СССР) | 15 сентября 1968 г. | Перое возврашение аппарата на Землю после облегая Луны (на борту имелись живые существа — черпахи). |
| «Аполлон-8» (США) | 21 декабря 1968 г. | Перый плотируемый полет в сторону Луны (облегет Луны). |
16 июля 1969 года начался решающий штурм. В этот день гигантская ракетность «Сатурн-5» обеспечила старт Лунной одиссен. Экпаджем «Аполлон-11» командавал Н. Армстронг, плотом основного блока был М. Коллинз, плотом лунной кабины (у нее было имя «Орел») — Э. Олдрин. «По сценарию» Армстронг и Олдрин должны были высадиться на Луне, а Коллинзу предстояло ожидать своих товаров на околоземной орбите.
Почти четверо суток «добирались» астронавты до окрестностей Луны. …19 июля в 16.00 по вашингtonскому времени в Центре управления полетом (г. Хьюстон, США) руководитель полета приял решение начиная посадку на Луну. В это время ни он, ни сами космонавты еще не догадывались,
48
сколь драматичными станут следующие четырьмя часа. Первым отказало радио — оно внесло замолкло на 51 секунду. Чуть позже диспетчеры обнаружили новую неполадку — в комплотере «Орла». Ошибался ли компьютер или он получал неверную информацию?
В 16.07 уже Армстронг заметил что-то недадное: кратеры в иллюминаторе появились с запозданием на 2—3 секунды против положенного. Тем не менее, Центр управления решил полет продолжать.
Еще через минуту, когда Олдрин введил данные посадочного радиолокатора в комплотер, «началась чертовизна»: комплотер из-за перегрузки не принял новый входных данных.
Еще через 2 минуты раздался второй сигнал тревоги. Астронавты принялись анализировать сигналы, но их успокопили и разрешли продолжать посадку.
Do приложения по программе оставалось менее четырех минут, когда руководитель полета, в последний раз просив диспетчеров, скомандовал: «Орел, идите на посадку». «Вас понял,—спокойно ответил Олдрин.— Идем на посадку. Высота 1000 метров». За последнюю минуту комплотер еще трижды подавал тревожные сигналы.
«Орел» быстро снижался. Олдрин фиксировал высоту и скорость снижения. На высоте примерно 125 метров спуск внесало замедления — Армстронг наконец-то разгладел поверхность под кабиной, и то, что он увидел, испугало даже его (а ведь он был бывалым летчиком-испытателем, и его хладнокровие было хорошо известно всем): «Орел» спускался не наровную поверхность, как было заранее предусмотрено, а на доно кратера, усеянное огромными валунами. Снизив скорость, Армстронг повел кабину вперед, выискивая площадку для посадки. Время шло, но ничего подходящего не попадалось.
Когда до поверхности оставалось метров тридцать, появилось новое преятствие: из-за сильной струи газа от работающего двигателя поднялась лунная пыль. В отличие от земной она не оседала. Казалось, что вокруг плотный движущийся туман.
«60 секунд», — предупредила Земля, имея в виду запас топлива (предельный минимум — 20 секунд). «Давай, давай!» — подбадривал товарища Олдрин.
«30 секунд». До принятия команды на прекращение спуска оставалось 10 секунд. И тут «Орел» своим шупами коснулся лунной поверхности.
«Есть лунный контакт!» — закрычал Олдрин.
«Хьюстон, говорит База Спокойствия. «Орел» прилунился!» — возволновано сообщил Армстронг…
В следующие несколько лет на Луне pobывали еще 5 экспедиций, а одна попыткачь не окончилась трагически.
СССР продолжал исследовать Луну с помощью беспилотных аппаратов. В 1970 году «Луна-16», а позже «Луна-20» и «Луна-24» доставили лунный грунт на Землю. Поработали на Луне и два автоматических самоходных аппарата — «Луноход-1» и «Луноход-2».
За прошедшие тридцать с небольшим лет космической эры «социальный статус» космических полетов заметно изменился. Сегодня задачи, решаемые в этих полетах, широки и разнообразны — вопросы фундаментальной науки и новые технологии, исследование космических объектов и изучение конкретных физических и биологических явлений, и чисто «прикладные» исследования…
Как с этих позиций можно оценить первую лунную экспедицию? С таким вопросом редакция обращалась к летчику-кошонавту СССР, доктору технических наук К. П. Феоктистов. Сразу скажем, что ответ К. П. был для нас несколько неожиданным. Тем более, как нам кажется, запись этой беседы будет интересана нашим читателем, ведь это — взгляд человека, имеющего непосредственное отношение к становлению практической космонавтики, в каком-то смысле — размышления человека над своим делом.