58
Мир глазами инженера
Недавно в издательстве «Мир» (в серии «В мире науки и техники») вышла книга известного английского инженера, специалиста по теории прочитности профессора Редингского университета Джеймса Эдварда Гордона. Называется эта книга «Конструки, или Почему не ломаются вещи». Она посвящена проблем конструкции и физическим основам теории, прочитности.
Тема, затронутая в книге, сложна как для специалистов, прекрасно знающих все трудности и проблемы, возникшие при работе в этой области, так и для нахождения в частности неведении дилетантов. Правда, двести лет назад (не говоря уже о более давних временах) специальы отделают только тем, что, находясь в том же случае в нем неведении, как же точно надо стройить, они все же осmelивались стройть на свой страх и риск. Довольно часто расплатой за подобную деревность служили груды обломков. К счастью, результаты деятельности инженеров и строителей прошло не всегда бывали столпачены. В этом нас красоченно убеждают уникальные памятники архитектуры. Оdnako строить методом проб и ошибок, не зная наверное, удостсяли ли довести строительство до конца, было довольно накладно. Блестящие умы прошло пыльлось превращать процесстроительства и конструкрования из искусства по нантию в строгую и точную науку. Насколько трудновыполнимой была эта задача, можно судить хотя бы по такому факту. В самом начале XIX века Юнг введил понятиеодуля упругости (ныне носшего его имя) — фундаментальный нейшего понятия теории упрустности. Вот как он его объяснял: «Модуль упругости любого вещества есть столб этого вещества, способный произвольить давление на свое основание, которое так относится к весу,вызывающего определенную степень сжатия, каклина вещества к уменьшению этой длины». Не удивительно, что, прежде чем модулю Юнга удалось завервать умы инженеров, прошла добавляющая степень. Дальше дело продвигалось более быстро темпами (в основном, благодаруспешному союзу с инженерной практикой), но до самого конца XIX века было немало успешно работающих инженеров-практиков, пользовшихся только собственной интупцией и свыскака смотревших на «новомодные теории». Справдавшись ради следует заметить, что инженеры-теоретики тех времени, добавовестно выполив все расчеты, ошибалисьничуть нереже своих коллег-практиков. Правда, у теоретиков было одно премиумщество, в конечном итоге обеспечившее им победу: один раз прининуто ошибки, они ее больше не повторяли.
На протяжении всей книги профессор Гордон как заявленный детектив занимается понским представлениям, разрушающего всестречающеся на его пути: будь то дома, мосты, корабли или плотины. По ходу дела выясняется, что бороться надо не с одним преступником, а с целой бандой: виновниками катастроф оказывался и концентрация наряжений, возниккаошая оклоотверстий и приводашая к растрескиванию материалов; и деформации—растяжения, сdwги, кручения; и лични давления, коварно выходящие за допустимые границы. Согласно законам жанра, представников в конце концов удается выявить и в некоторой степени обезвредить, создав такие условия (то есть такие конструкции), в которых не могут пройти свои разрушительные способности. Но стоит инженеру или конструктору упустить из вида хоть одного из героев повествания, как тот не замечит напомнить о себе грудой обломков и руин, возниккаоших на месте неосмотрительно смело созданных конструкций.
Сравнение серверной книги с детективом в данной случае вполнеуместно. Книга читается с большим интересом, что прежде всего можно объяснить ее литературными достоинствами. Автор не просто излагает читатель факты, сами по себе достойные внимание. Он ведет за нимательное повествание, снабжа факты такимими и достоверными подробностями, что читатель из строонного наблюдается с соучастика событий. Так, например, рассказывая о хитрумной и сложной основке парсных судов, Дж. Гордон пишет: «Каждая секция мачты делается из отдельного бревна и удерживает слежение в нужном положении сложной и хитрумной системой вант и расяжек. Система устроена таким образом, что при необходимости все верхние части мачты и рей могут быть разобраны и спушены на палубу. Так как самые большие брусья весят по несколько тонн, требуется не только мастерство, но и немало присутствие духа, чтобы поднимать и опускать такие гроиздкие предметы на качающем корабле. Большой корабль имел команду примерно 800 человек, большинство из них могло бы посрамить как верхолязов, так и трени-